Сайт актёра театра и кино Данилы Козловского

 

ФОТОСЕССИЯ ДЛЯ ДЛЯ ЖУРНАЛА «СНОБ»

Съёмка проходила в Париже, в отеле Le Bristol летом 2012 года для сентябрьского номера журнала «Сноб».
Фотограф: Rene Habermacher
Стиль: Александр Щуренков


Автопросмотр фото

Данила Козловский для Сноб, Фотограф: Rene Habermacher, сентябрь 2012 Данила Козловский для Сноб, Фотограф: Rene Habermacher, сентябрь 2012 Данила Козловский для Сноб, Фотограф: Rene Habermacher, сентябрь 2012 Данила Козловский для Сноб, Фотограф: Rene Habermacher, сентябрь 2012 Данила Козловский для Сноб, Фотограф: Rene Habermacher, сентябрь 2012 Данила Козловский для Сноб, Фотограф: Rene Habermacher, сентябрь 2012 Данила Козловский для Сноб, Фотограф: Rene Habermacher, сентябрь 2012 Данила Козловский для Сноб, Фотограф: Rene Habermacher, сентябрь 2012 Данила Козловский для Сноб, Фотограф: Rene Habermacher, сентябрь 2012 Данила Козловский для Сноб, Фотограф: Rene Habermacher, сентябрь 2012 Данила Козловский на обложке журнала «Сноб», Фотограф: Rene Habermacher, сентябрь 2012
Увлекательный рассказ о том, как проходила съёмка

- Давай я туда прыгну прямо в одежде. А потом вынырну. И вы меня снимете с бокалом или чашкой кофе в руках. А?

Мы стоим у бортика бассейна парижского отеля Le Bristol. Фотограф Рене смотрит в объектив, вычисляя ракурс и свет. Все остальные томятся от безделья. Модная фотосъемка: снимают пять минут, а свет ставят час или ждут, когда солнце само выглянет.

Даниле Козловскому, восходящей звезде из России (под этим кодовым названием он проходил в моей переписке с агентством и отелем - rising star from Russia), в пиджаке Versace не терпится уже что-то сделать. Время от времени его посещают разные идеи по поводу съемок: давай прыгну здесь, или залезу сюда, или возьму розу в рот и сяду с ногами прямо на этот комод (XVIII век, Буль, оценочная стоимость - сто тысяч евро. - Прим. С.Н.). Вот увидишь, будет дико круто!

Теперь он хочет нырнуть в бассейн в костюме Versace, взятом из парижской шоу-рум.

Данила еще не научился правильно распределять энергию, экономить силы. Ему нестерпимо скучно сидеть в углу с книжкой или кроссвордом, как это делает большинство его более взрослых и опытных коллег на фотосъемках. Но это только на первый взгляд кажется, что он разбрасывается и не знает, чего хочет. На самом деле все его желания и предложения неизменно бьют в одну точку: выжать из ситуации максимум возможного и выложиться самому тоже по максимуму.

Мы уже отсняли какое-то количество кадров, где он лежал, сидел, снова лежал, а теперь он захотел прыгать. Но в Le Bristol не попрыгаешь. Тут всюду секьюрити и какие-то важные господа, несмотря на июльскую жару, в тройках и галстуках. И дамы с неподвижными фараонскими лицами непонятного возраста, в баснословных тутанхамоновских украшениях, которые они, похоже, не снимают даже на ночь. Конечно, можно было выйти на улицу, но в двух шагах Елисейский дворец, и далеко не уйдешь: вещи, свет, грим - все надо тащить с собой. А тут еще июльская жара и толпы зевак. Нет, лучше остаться в отеле.

В отличие от большинства других, утопленных в глубоких подземельях, бассейн "Бристоля" располагается на самом последнем этаже и похож на старинную яхту. Под ногой приятно, как на палубе, поскрипывает дощатый пол, а на потолке изображен натянутый белый тент. Все очень правдоподобно. Если плавать на спине, обязательно упрешься взглядом в бабочку-шоколадницу или птичку с красной грудкой, похожей на снегиря. Впрочем, какой может быть снегирь на средиземноморской яхте?

Бассейн проектировал архитектор, который строил яхту "Кристина" Аристотелю Онассису - главный символ роскоши и богатства послевоенного мира. В Le Bristol, конечно, все скромнее, но тоже из отмирающей эры лимузинов, вечерних платьев в пол, колониальной алчности и многометровых гор багажа с именными монограммами на фамильных чемоданах Louis Vuitton. Последний корабль люкса среди свинцовых парижских крыш.

Мы выходим на террасу. Вдали белеют купола Сакре-Кер, совсем рядом церковь Сан-Северин, чуть дальше Пантеон и Эйфелева башня. И крыши, крыши, крыши... Идеальное место для съемок ремейка бальзаковских "Утраченных иллюзий". А чем сам Данила не Люсьен Шардон? С этим его храбрым, молодым напором, с веселой готовностью рисковать, с пластикой боксера, одержавшего победу. И все-таки нет. Не Шардон, не Растиньяк, не Жюльен Сорель из "Красного и черного"! Данила мягче, тоньше, лиричнее. В его темно-карих глазах нет того ледяного отсвета бурь, невзгод, одиночества, без которого не сыграть roman de reussite ("роман удачи"). На самом деле он романтик чистой воды, предназначенный природой и судьбой играть Мюссе, Шиллера, Клейста.

Недаром в его репертуаре уже есть Лорензаччо, а теперь на очереди Фердинанд в новом спектакле "Коварство и любовь", который репетирует Лев Додин. Премьера в сентябре.

У фотографа все готово. Он просит Данилу подпрыгнуть, чтобы зафиксировать его летящее отражение в водной глади бассейна.

– Будет красиво! – убеждает Рене, не отрывая взгляда от монитора своего компьютера.

- А может, сразу в воду? - предлагает Данила.

- Нет, пока лучше попробуйте у окна.

В воде мелькает силуэт в черном костюме и белой рубашке, распахнутой на груди...

А фотографии в бассейне, как хотел Данила, нам сделать так и не удалось. В последний момент администрация Le Bristol не разрешила прыгать в воду в одежде. Вдруг увидят клиенты! Я не стал настаивать. Съемочная группа облегченно вздохнула, а Данила побежал переодеваться для следующего кадра.



Сергей Игоревич Николаевич, "Сноб", лето 2012


 

© 25.01.2013-2017 Копирование информации разрешено только при прямой ссылке на сайт http://danila-kozlovskiy.ru